ГлавнаяПлодоовощной бизнесИнтервьюФедор Рыбалко, руководитель Украинской плодоовощной ассоциации: украинским экспортерам нужно выходить на рынки, где платят более высокую цену
Интервью

Федор Рыбалко, руководитель Украинской плодоовощной ассоциации: украинским экспортерам нужно выходить на рынки, где платят более высокую цену

На рынке ягод Украина абсолютно конкурентна как по объемам, так и по качеству

Федор Рыбалко, руководитель Украинской плодоовощной ассоциации (УПОА), дал интервью проекту ProfiHort, изложив свою позицию по ряду актуальных для украинских аграриев вопросов.

Украинская плодоовощная ассоциация в состоянии становления. Инициативная группа работает над созданием кооперативной экспортной платформы при поддержке проектов ФАО и ЕБРР. Расскажите об этих процессах подробно.

 — Планируется создать кооператив, который будет продавать продукцию своих участников на экспорт.

В чем именно будет заключаться такая кооперация? Будут ли входить в этот кооператив переработчики/логисты/эксперты по сертификации/маркетингу и тому подобное. Кто именно, если не секрет?

— На первом этапе речь идет об объединении производителей. Все остальные категории, о которых шла речь, — это разве что производитель частично является и переработчиком. Речь идет об экспорте свежей и переработанной продукции, а также об открытии зарубежного регионального представительства в странах Азии.

О каких важных тенденциях в развитии экспорта украинской плодоовощной продукции следует говорить сегодня?

— Отмена дотаций по НДС для производителей в плодоовощной отрасли и постоянные проблемы с реэкспортом в Россию будут содействовать развитию системного экспорта.

Что следует понимать под системным экспортом?

— Система — не эпизодический случай, когда есть запрос, падение цены. Речь идет о ситуации, когда независимо от конъюнктуры часть продукции все равно присутствует на этом рынке долгосрочно. То есть не спекулятивный подход, когда продают тогда, когда цена выше на несколько процентов, а когда падает, не продают, системность — экспорт на постоянной основе.

Одним из насущных вопросов для украинских садоводов пока остается вопрос частичного возврата средств в сады и ягодники по государственным компенсационным программам. Планирует ли УПОА также способствовать решению подобных вопросов?

— УПОА считает, что эффективнее стимулировать развитие отрасли через экспортные субсидии за каждую тонну продукции, чем компенсировать.

Как это ввести на практике? Что для этого сделано?

— Сейчас много говорят о том, какими должны быть наши саженцы — сертифицированными, несертифицированными, украинскими, неукраинскими, но все это не повысит нашу конкурентоспособность, ведь она зависит не от количества этих самых саженцев. Подход, который работает в экспортно-ориентированных странах, немного другой. Для того чтобы продать продукцию на экспорт, нужно достичь определенного уровня качества, инвестиций, опыта, знаний. Если мы сможем продавать на постоянной основе в другие страны, произойдет движение вперед, мы расширим производство. Самый эффективный способ достичь этого — создать условия, когда после подтверждения экспорта, экспортер или производитель получает дотацию. Он сам решит, куда ее потратить — на маркетинг, на транспорт, или на упаковку. А насчет того, чтобы выращивать саженцы, в целом непонятно — вырастут ли они и дадут ли они урожай, и будет этот урожай кому-то нужен с учетом его себестоимости. Зачем создавать все эти комиссии — района, области — выводить это все на уровень Министерства аграрной политики и продовольствия, затем Нацкомиссии, потом КРУ это будет проверять, экономические подразделения МВД и СБУ будут проверять тех, кто проверяет …

Это формирует коррупцию на всех уровнях, а решение первоочередного вопроса между тем затягивается. Не говоря уже о том, что этот финансовый ресурс ограничен, а распределение его непрозрачно. Эта система может работать иначе: есть таможенная декларация, показал — и из казначейства перевели определенную сумму за тонну продукции: все прозрачно, все контролируется, все понятно. Администрирование равно нулю.

Какие сорта и клоны яблок могут успешно экспортироваться в ЕС и на другие мировые рынки?

— Максимально окрашенные клоны Галы.

А почему не Фуджи, Грэнни Смит, Крипс Пинк? Почему цвет имеет такое значение?

— На самых окрашенных сортах импортеры зарабатывают наибольшую маржу. Можно продать любое яблоко, которое по своим вкусовым качествам удовлетворяет потребителей. А вот как вы его брендируете — будет зависеть от маркетинговой стратегии и подхода. Юго-Восточная Азия — это три миллиарда людей: кто-то любит красное яблоко, кто-то — желтое, кто-то — кислое, кто-то — сладкое, кто-то — мелкое, кто-то — большое, кто-то для фреша покупает. Мы привыкли иметь определенное видение, определенное клише, а рынок одновременно и многогранный, и гибкий.

Почему УПОА делает акцент именно на рынках Юго-Восточной Азии?

 — Потому что это крупнейшие рынки в мире, которые быстро развиваются.

Но разве выход на эти рынки не предусматривает сложных логистических схем? Может стоило бы начать с какой-то более приближенной к Украине страны сбыта? Или с Великобритании, ведь известно, что остров перенаселен, и большинство местных плодов — тепличные?

— Большинство американского экспорта яблок, а он немалый, идет именно в Юго-Восточную Азию, хотя добраться туда из Америки не проще, чем из Украины. Великобритания гораздо ближе к Америке и языкового барьера там вообще нет. Однако американцы не везут в Великобританию, там цена ниже. Если бы была она больше, там было бы американское яблоко. Только Тайвань, где 30 млн человек покупает яблок на $200-300 млн, поскольку с Китаем они не сотрудничают. А Великобритания покупает где-то 1-2 тысячи тонн американских яблок для ассортимента. В Восточной Азии около трех миллиардов людей, а из производителей — Китай, который может продать 1 млн тонн. Производство ЕС — 10 млн тонн. Речь идет о несопоставимых вещах. У нас есть 10 000 тонн, которые могут быть проданы или на рынках, или в украинских сетях, а можно продать их на тех рынках, которые дадут большую цену, и для этого нужно открыть представительство, мы, собственно, сейчас это и делаем — собрать деньги, сформировать бюджет и отправить туда людей, которые понимают украинский менталитет и на месте разбираются с местным.

Южную Америку как рынок сбыта вы также не рассматриваете?

— Южная Америка импортирует из плодовых разве что грушу из Бельгии, Голландии и Испании. После войны в Южную Америку приехали немцы и за 30-40 лет перенесли туда производство, и теперь Бразилия производит миллион тонн яблок плюс Аргентина полмиллиона тонн, плюс Чили производит также некоторое количество этой продукции. Этот регион обеспечен яблоками, он экспортер.

Позволят ли наработанные кооперации каналы сбыта в странах Юго-Восточной Азии получить более высокую цену на яблоко, чем при реализации на внутреннем рынке?

— Мы на это рассчитываем, так как на экспорт продукция продается без НДС, и там яблоко не растет.

Крупнейшим производителем яблок в Европе является Польша. С 2010 года, когда начала действовать дотационная программа, увеличился урожай, и Польша подвинула Италию, Францию, Бельгию — исторических игроков на рынке фруктов, так как стала выращивать дешевые яблоки. То есть победная стратегия на рынке яблок — это демпинг?

— Стратегия демпингования, к сожалению, всегда будет актуальной. Это такой инструмент. Нас не знают, мы должны выстраивать отношения, коммуницировать, в это надо вкладывать деньги, чтобы продавать дороже. У нас нет такого опыта долгосрочных маркетинговых инвестиций на свежем рынке, где это всегда происходило достаточно хаотично: снижалась цена, и все.

Я лично занимаюсь аналитикой плодоовощного бизнеса где-то с 2004 года, профессионально — с 2011. В Украине существует вопрос качества аналитики, входных и исходных данных, понимание и трактование. Большинство людей сейчас говорят о показателях производства, наибольших объемах. Это не имеет значения — имеют значение конкретные потребности в конкретной стране — производителей, сетей, цена логистики, упаковки. Есть такой метод value chain — анализ на конкретный квартал или полгода. Он дает картину более или менее реальную. А то, что Польша производит 4 млн тонн, то она сама какие-то сорта импортирует, потому что они у них не растут. Через три месяца мы можем продавать яблоко в Польшу, но только в течение двух недель.

Вы не рассматриваете Польшу как постоянный рынок сбыта?

— Польша продавала яблоки в Украине с учетом пошлины в Украине и с учетом того, что импортеры платили 20% НДС, а отечественные сельхозпроизводители только в этом году начали платить НДС с 1 января. Чтобы нам продать яблоко на польский рынок — это должно быть или яблоко, которое еще не начало производиться в Польше, более раннее окно, или сорт Грэнни Смит, который у них не растет. А вот цена должна быть ниже, чем у итальянцев. Зачем продавать на польский рынок, когда есть рынки Скандинавии, Испании, которые могут платить более высокую цену?

Украинские производители часто жалуются на низкие цены на яблоки в Украине. Это как-то стимулирует их заинтересованность в продвижении за границу?

— У нас цены на яблоки не сверхдешевые и таковыми не были последние 5-6 лет. Если у нас был импорт, наши яблоки не могли быть сверхдешевыми, у нас цена была выше, чем в Польше. Мы не могли конкурировать с поляками на рынке Закавказья, Белоруссии, в Казахстане, даже с учетом преференций странам СНГ. У нас первый сезон за последние шесть лет будет в этом году дешевое яблоко, если не помешает град.

И все же Польша, Испания, Сербия, Беларусь, Чехия являются украинскими конкурентами на ягодном рынке. Какие прогнозы по росту украинской доли в мировом ягодном хозяйстве и покорения мирового ягодного рынка? Следует ли украинским ягодникам ожидать жесткой конкуренции?

 — Мы абсолютно конкурентны как по объемам, так и по тем требованиями, которые существуют к продукции на этом рынке. Для Украины нет угрозы со стороны каких-то стран, что мы перестанем производить плодоовощную продукцию, ведь мы конкурентны везде, где есть ручной труд. Если мы будем платить ту цену, которая была в Польше, Сербии, Испании, если человек решил заниматься этим бизнесом, выбрал рынок сбыта и дает соответствующие средства сборщикам, они будут у него собирать, а мы пока даем больше, чем до этого. Какая нам угроза от конкурентов? Нет никаких угроз, у нас земля дешевле, вода дешевая, человеческий труд дешевле, налоги не платят. Существует лишь вопрос стоимости финансирования, которое за рубежом немножко дешевле, но маржа такова, что все можно решить.

Читайте также: Куда экспортировать ягоду? ТОП-10 перспективных рынков

Все это так, однако это и раньше у нас было, а украинские производители активизировались почему-то именно сейчас.

— Да, появились операторы, которые решились пойти в этот бизнес, потому что узнали, что на ягоды есть спрос, что их можно перерабатывать.

— Экспорт каких еще культур планируете наладить в ближайшее время?

— Пока ягоды, лук …

Источник: ProfiHort


Использование материалов сайта свободно при наличии прямой и открытой для поисковых систем гиперссылки на конкретную публикацию.

Основные новости и аналитика плодоовощного рынка на Facebook и в Telegram - Подписывайтесь!

Вам также может быть интересно

В Польше садоводы отказываются от выращивания яблока «Глостер»

EastFruit

Текущие доходы Грузии от экспорта фундука возросли до $41,6 млн

EastFruit

Рекордный показатель в Грузии — экспорт местной ягоды вырос в три раза

EastFruit

Добавить комментарий